Экран и сцена / Биография / Ее эпоха / Народная любовь / Александров / Библиография / Персоналии

ЛЮБОВЬ ОРЛОВА - мегазвезда советского Голливуда

Наталья Кишиневская 2007-н.в.

Copyright © 2007 Sally Morgan

"И если правда, что человек жив, пока о нем помнят, то она была, есть и будет - наша Орлова!" (с) - народная артистка СССР Ия Саввина

Дмитрий Щеглов : "Интимная жизнь Любови Орловой "
«Совершенно секретно», 1997 год, № 1

Любовь Петровна в тот день сама позвонила мужу из больницы. Просила его не волноваться, надеть теплую шапку и идти гулять. Еще просила не звонить какое-то время – ей надо выспаться, отдохнуть.
Обычно Григория Васильевича не надо было уговаривать развеяться, не волноваться. Александров, ее «золотоволосый бог» обладал замечательным даром – порхать над сложностями бытия.
Но тут он почему-то вскоре позвонил. И попал на единственную сиделку, которую в отличие от всего больничного персонала предупредить не успели. Она-то и сообщила ему, что Орлову оперируют.
Как выяснилось потом, операция эта уже ничем не могла помочь. Через восемь месяцев Орловой не станет…
И был один день незадолго до смерти…
Александров приехал в больницу, вошел в палату и услышал то, чего не слышал от жены никогда. Любовь Петровна сказала: «Как вы долго…»
Это был единственный упрек за всю жизнь.
Все сорок два года они оставались на «Вы».
Внучатой племяннице Любови Петровны, Ноне Юрьевне Голиковой, это казалось естественным. Хрупкое «вы» среди всеобщего «тыканья» - словно посильная защита от хаоса. Жизнь была окрашена в тщательно продуманные тона классических английских костюмов, которые предпочитала носить великая родственница.
Впрочем, что «великая»! Для нее Орлова была сестрой бабушки, «милой Любочкой».
В семье никогда о других Орловых не говорили. При детях вообще не говорили ни о чем серьезном. Времена  «не вегетарианские» не поощряли копаний в аристократическом прошлом.
В середине восьмидесятых к Нонне Юрьевне приезжал потомок одной из ветвей Орловых – Владимир Николаевич Санеев. Всю ночь с упоением говорил о прошлом. Орловы! Старинный дворянский род, герб: красный орел на золотисто-лазурном полосатом поле. По семейным преданиям Орловы - - тверская ветвь Рюриковичей. По линии матери братьев Орловых – Григория и Алексея, участников дворцового переворота 1762 года, фаворитов Екатерины II, - они ведут род  от самого Чингисхана. Ее предка, князя Федора Чермного (Красивого), хан Нагай не отпускал из Орды, вынудив жениться на своей дочери. По этой же, зиновьевской, ветви лучшая исполнительница ролей домохозяек и ударниц коммунистического труда была в числе потомков Великого князя Владимира Крестителя и княгини Ольги – русских православных святых, возведенных в апостольский сан. Фавориты, мученики, гонители. «Орден русских рыцарей» и «союз благоденствия». Дворцовые перевороты, интриги. Чесменский бой, Бородино, взятие Парижа…
Орлов Михаил Федорович, принимавший капитуляцию Парижа, стал декабристом, его брат Алексей – одним из тех, кто подавил мятеж. Дипломаты, генералы, жандармы. Михаил Орлов буквально спас Норвегию, которой грозила участь остаться датской провинцией, - по конституции, которую он отстоял, норвежцы живут до сих пор.
- Я тогда сказала, - вспоминает Нонна Юрьевна, - сколько подвигов, какая  слава! И все это только для того, чтобы мы с вами сидели на московской кухне и пили чай без сахара?..С сахаром в Москве тогда были перебои.

На праздники в «хороших» домах было принято ставить спектакли – в одном из них Любочка играла репку. Растроганный Федор Иванович Шаляпин, с которым дружили ее бабушки, взяв девочку на руки, сказал, что она будет замечательной актрисой. Ей было семь лет. Уже тогда наметилась линия ее особой, голливудской судьбы: детский утренник, маленькая девочка, пророчество великого артиста.
Во Внукове в доме Александровых висел портрет Федора Ивановича с надписью: «Сестрам Любочке и Нонночке».
Хранилась книга с дарственной надписью Льва Толстого. С Толстыми, равно как и с Бутурлиными, Раевскими, Орловы  состояли в родстве. Вот так, по-родственному, Любочка и написала великому старцу что-то поздравительное. В ответ он прислал книгу своих назидательных детских сказок.
После октябрьского переворота, обрубившего связи и отменившего детские праздники, сестры Орловы развозили по домам молоко. В том числе и известному в Москве краснодеревщику Веселову. Его сын Сергей влюбился в дворянку  Нонночку и сделал ей предложение. Брак этот, по старым понятия просто немыслимый, был очень несчастливым.
Первый брак Любы тоже нельзя было назвать счастливым. О ее муже Андрее Гаспаровиче Берзине в семье говорили как о человеке замечательном во всех отношениях. В прихожей у него стоял специальный чемоданчик с набором арестантских вещей. Берзин был одним из тех борцов за идею – в чем бы та ни состояла – которые сидели и на царской каторге, и на сталинской. Андрея Гаспаровича то привозили на извозчике из тюрьмы, то на извозчике в тюрьму увозили. При Сталине он сидел не раз – по  три дня, по три месяца, по полгода. В бытность замнаркомом земледелия он сел окончательно – по делу Чаянова (наркома) в 1929-ом. О нем ничего не знали до конца сороковых годов, когда его отпустили умирать от рака к матери в Литву.

(продолжение на следующей странице)

наверх